WordPress

Какими цветами идет радуга

Какими цветами идет радуга - картинка 1

Цвета радуги

Какими цветами идет радуга - картинка 2

Какими цветами идет радуга - картинка 3

Цвета радуги — 7 спектральных тонов, на которые расщепляется белый луч света. Как небесное явление, оно считается сказочно красивым и часто изображается в искусстве, творчестве и других культурных областях.

7 тонов, можно запомнить с помощью простой считалки: Каждый охотник желает знать: где сидит фазан. Заглавные буквы — названия оттенков.

Эти 7 красок, распологаются в радуге в порядке убывания длинны волны (см. физику волны)

Для легкого запоминания расположения тонов в радуге, есть детский стишок.

Цвета радуги — это первоначальная, природная гамма тонов, относительно которой идет построение всех имеющихся оттенков, за исключение ахроматических, сложных и промежуточных.
К ахроматическим относятся: белый, черный, серый. К сложным: нейтральный, коричневый, бежевый. Промежуточный: розовый, пурпурный, так как они не являются спектральными, а результатом визуализации отображения на сетчатки красной и фиолетовой волны (самой короткой + самой длинной).

Радуга — это небесный дар в понимании цвета, его родоначальник и вдохновитель. Это эстетика, символика, которая имеет место во многих религиях.

Какими цветами идет радуга - картинка 4

Какими цветами идет радуга - картинка 5

Какими цветами идет радуга - картинка 6

Какими цветами идет радуга - картинка 7

Какими цветами идет радуга - картинка 8

Какими цветами идет радуга - картинка 9

Какими цветами идет радуга - картинка 10

Какими цветами идет радуга - картинка 11

Какими цветами идет радуга - картинка 12

Какими цветами идет радуга - картинка 13

ПОЛЕЗНЫЕ СТАТЬИ НА ЭТУ ТЕМУ (нажать на картинку)

http://lookcolor.ru/teoriya-cveta/cveta-radugi/

Какого цвета радуга?

Какими цветами идет радуга - картинка 14По картинам самобытного художника Константина Панова (1810–1942, отец — ненец, мать — манси) можно представить, каким видят мир народы Севера Какими цветами идет радуга - картинка 15Юлия Чёрная

Доктор филологических наук, профессор Наталья Кошкарёва известна в России как председатель Экспертного совета Тотального диктанта, автор курса «Русский по пятницам», разработчик принципов онлайн-проверки электронных диктантов. О другой стороне своей научной деятельности — изучении языков коренных народов Сибири — она рассказала на мартовской встрече в научном кафе «Эврика». Записала Юлия Черная.

Какими цветами идет радуга - картинка 17Н. Б. Кошкарёва в научном кафе «Эврика».
Фото В. Шамирзаева

Наталья Борисовна — заведующая кафедрой общего и русского языкознания НГУ, член Орфографической комиссии РАН, главный научный сотрудник Сектора языков народов Сибири Института филологии СО РАН, полевой лингвист. Необходимую для исследования информацию она собирает в экспедициях — в местах проживания носителей уральских языков — хантов и ненцев. Ни академических грамматик, ни словарей, ни достаточного количества текстов на этих языках не существует, единственный способ получить необходимые данные — это непосредственная работа с носителями языка в полевых условиях, запись звучащей речи. «Для хантыйского и ненецкого языков разработан алфавит. Но правила орфографии и пунктуации фактически не сформулированы… Представим, что в русском алфавите есть две буквы — твердый и мягкий знаки, а правил их употребления нет. Как написать слово под?езд — с твердым или мягким знаком? Или, например, на обложке учебника русского языка для первого класса было бы написано „Русский язык“, для второго класса — „Русский изык“, а для третьего — „Русский езык“», — поясняет Наталья Борисовна.

Но говорили в научном кафе не о грамматике и даже не о письменности, а о цвете…

Органы зрения пчелы и человека устроены по-разному. У всех людей как представителей рода Homo sapiens (если не брать в расчет результаты травмы и аномалии) зрение принципиально одинаково. В сетчатке находится примерно 126 млн светочувствительных клеток. Кимберли Джемесон из Калифорнийского университета в Ирвайне утверждает, что человеческий глаз может различать от 10 тыс. до 100 млн цветовых оттенков. Естественно ожидать, что и видим мы этот мир примерно одинаково. А значит, и говорим о нем похоже.

Отражение цветовой гаммы в каждом языке уникально. Оказалось, что даже понимание того, что такое цвет, не совпадает. Если в русском языке цвет описывается прилагательными (белый, красный, синий, зеленый) и воспринимается как нечто статичное, постоянная характеристика предмета, то в ненецком языке цветообозначения — это глаголы (типа краснеть, чернеть), обозначающие процесс.

Еще в XIX веке Уильям Глэдстоун и Лазарус Гейгер обратили внимание на то, что в древних текстах практически совсем нет слов, обозначающих цвет, а те, которые встречаются, кажутся нам странными. В «Илиаде» Гомера море называется «винноцветным». В нашей стереотипной картине мира цвет вина ассоциируется прежде всего с красным цветом. Какими же в действительности были волны Средиземного моря для древних греков? В «Ведах» нет упоминания о синем цвете, хотя тысячи строк посвящены событиям на небесах. В «Ригведе» нет упоминания зеленого цвета, в еще более древней литературе нет желтого, а в самой древней — красного.

Для сопоставления языков между собой лингвисты используют понятие «базовые цветообозначения». С рассказа о том, что такое базовый цвет, Наталья Борисовна и начала свой рассказ. «Базовые цвета должны быть, во-первых, простыми и непроизводными (поэтому слова голубоватый или малиновый к базовым цвето­обозначениям не относятся), во-вторых, их значение не должно быть ýже обозначения того же цвета (например, алый — оттенок красного), в-третьих, не должно иметь ограничений на сочетаемость (например, карими бывают только глаза, а каштановыми — волосы) и, наконец, это название должно быть широко употребительным, его значение у разных носителей языка должно совпадать.

В русском языке 12 базовых названий цветов, но есть языки, в которых таких названий всего три, а то и вовсе два! Если цвет — это определенная длина волны, и органы зрения у всех людей похожи, то почему носители разных языков называют одно и то же физическое явление совершенное по-разному?

Про то, что два разных слова голубой и синий в русском языке соответствуют одному слову blue в английском, многие из нас знают еще со школы. Но во многих языках различия куда существенней! У австралийских аборигенов одно и то же слово используется для обозначения фиолетового, синего и коричневого. У аборигенов Таити одним словом, которое лишь условно можно перевести как красный, описывается спектр от оранжевого до фиолетового, при этом учитываются еще и свойства поверхности — она должна быть блестящей и гладкой.

В 1950-е годы американские ученые Брент Берлин и Пол Кей независимо друг от друга изучали языки Таити и Мексики и выяснили, что системы цветообозначений в этих языках удивительно похожи. Например, одним словом обозначается весь сине-зеленый участок спектра, и это не может быть объяснено родством или ареальными контактами этих языков, а только универсальностью систем цветообозначений, характерной для всех языков мира.

В 1969 году вышла их книга (Berlin B., Kay P. Basic color terms: their universality and evolution. Berkeley: University of California Press, 1969), в которой на примере 20 языков показано, что порядок появления цветообозначений в разных языках мира одинаков: во всех языках есть обозначение белого и черного; если в язык­е три базовых цвета, то третьим становится красный; следом появляются желтый и зеленый либо одно слово для обозначения желтого, синего и зеленого цветов. Эта последовательность универсальна. Если в языке есть слово для обозначения коричневого цвета, то в нем обязательно есть названия и для всех предыдущих в этой цепочке цветов. Если нет отдельного названия для зеленого, то не будет и отдельного названия для синего, так как обозначение синего обычно появляется позже обозначения зеленого.

Какими цветами идет радуга - картинка 18Таблица Берлина и Кея

В конце 1970-х годов был проведен широкомасштабный опрос (The World Color Survey), в котором участвовало 2600 человек, говорящих на 110 языках, и он подтвердил наблюдения Берлина и Кея: при всем разнообразии цветообозначений в языках мира, системы развиваются в целом в одном и том же направлении, что обусловлено биологически.

Но из каждого правила есть исключения. Есть исключения и из правила Берлина — Кея. В одном из австралийских языков есть слово для синего цвета, но нет для зеленого… «Посмотрите на ландшафт, где живут носители этого языка, — предлагает зрителям Наталья Кошкарёва. На экране австралийская пустыня с многообразием коричневых и желтых оттенков. — В окружающем этот народ мире фактически нет природного зеленого цвета, они живут в пустынной местности с очень скудной растительностью. Таким образом, различия в системе цветообозначений связаны с культурными традициями и условиями проживания народа в определенной среде».

Отсутствие одного-двух базовых цветов нам, конечно, представить несложно. Но как устроены языки, где всего два базовых цвета? «В таких языках система цветообозначения основана не на хроматических оттенках, а на иных параметрах. В языке дани (Папуа — Новая Гвинея) слово mili используется для обозначения холодных и темных цветов, а mola для теплого, светлого, — поясняет Наталья Борисовна. — В австралийском языке бурарра противопоставляются яркие и тусклые цвета: слово gungaltja обозначает белый, красный, все яркие цвета; все остальные оттенки называются другим словом— gungundia».

На территории Сибири и Дальнего Востока представлено более 60 языков коренных народов, и в каждом из них сложилась собственная, уникальная цветовая палитра. Удивительно, но цветообозначения в некоторых северных языках напоминают системы цветообозначений в языках Океании: они тоже включают минимальное количество базовых терминов и основаны на принципе яркости, а не на хроматических оттенках.

Очень может быть, что в хантыйском языке вообще нет цветообозначений в привычном для нас смысле. Одно и то же слово nŏwi обозначает в этом языке прежде всего ночное светило — луну или месяц, и только в переносных значениях — комплекс признаков «белый (светлый, светло-серый, серый, седой, бледный)», «блестящий, серебристый», «прозрачный», «чистый», «новый». У этого слова есть и еще одно значение — «красивый, хороший». Эпитетом для описания красивой женщины в хантыйском фольклоре является белая (а не красна девица, как в русских сказках).То же слово употребляется и в названии верховного божества. Таким образом, понятие «белый» ассоциируется с сиянием ночного светила на темном небе, а значит, в основе этого понятия лежит представление о яркости, а не о хроматических/нехроматических признаках.

В европейских диалектах ненецкого языка одно и то же слово сэр обозначает и лед, и белый, поэтому можно предположить то же основание для объединения этих понятий, что и в хантыйском языке, — яркость, сияние, свечение.

Слово черный во многих северных языках обозначает участки спектра, которые в других языках описываются отдельными словами — черный, синий, фиолетовый, т. е. «темный вообще», а в хантыйском языке в том числе грязный, непрозрачный, мутный.

Для обозначения красного цвета используется слово wŭrti, в котором отчетливо выделяется корень wŭr (кровь) и суффикс причастия -ti. Если попытаться реконструировать буквальное значение этого слова, то должно получиться что-то типа «кровящий». Но в отличие от нашего «кроваво-красного», носители хантыйского языка употребляют слово wŭrti для обозначения «рыжеватых» оттенков.

В русском же слове рыжий сохраняется древний индоевропейский корень, связанный с обозначением красного цвета, руда, рудый, зардеться (характерные для русского языка чередования д/ж и у/ы), англ. red, франц. rouge, нем. Rote. Вероятно, русское слово красный вытеснило иные наименования этого цвета, так как связано с другим участком спектра — не с оранжево-красным, рыжеватым, а с ярко-красным. Само слово красный как цветообозначение появилось в русском языке довольно поздно — в XVII веке. До этого использовались слова чермный, червчатый, червленый — по названию красителя, изготовляемого из червей. Для красного участка спектра, как и для любых других, в русском языке имеется большое количество слов, обозначающих разные оттенки: алый, багряный, багровый, пурпурный, малиновый, бордовый, кумачовый, вишневый, пунцовый, свекольный, коралловый, брусничный, рубиновый и мн. др.

Еще одно хантыйское цветообозначение, которое тоже очень сильно отличается от тех, к которым мы привыкли, — это слово wŏsti. В рукописных словниках XIX века для него перечисляются значения синий, зеленый, желтый. Первоначально, строго в соответствии с правилом Берлина — Кея, это слово соотносилось с широким участком спектра. Но в настоящее время под влиянием русского языка значение слова сужается. В современных словарях для одного из диалектов приводится значение синий, а для другого — зеленый. Создается впечатление, что их составители пытались привязать к этому слову однословный перевод, который соответствовал бы современным стереотипным представлениям о цвете. Но самим носителям хантыйского языка не вполне понятно, с каким именно участком спектра это слово надо соотнести, ведь проведение границ внутри континуума — дело весьма и весьма субъективное.

Если буквально следовать определению базовых цветообозначений, принятому в лингвистической типологии, то и слово nŏwi (белый), исходно обозначающее луну, и слово piti (черный; темнеющий), и слово wŏrti (красный, букв. «кровящий») вряд ли можно признать базовыми. Значит ли это, что в хантыйском языке вообще нет базовых цветообозначений? Возможно, определение самого термина «базовые цветообозначения» не очень подходит для таких языков, как хантыйский.

Что же делать, если не хватает слов для описания цвета или имеющееся слово не позволяет точно описать нужный оттенок? Можно использовать образы и сравнения. Например, в мансийском языке желтый цвет описывается как цвет листьев, прихваченных первым морозом; коричневый — как цвет обратной стороны бересты или цвет тундровых земель, синий — это цвет голубой дали, цвет тумана. Под влиянием русского в современном хантыйском языке синий описывают через сравнение с небом, а в ненецком традиционно сравнивают с дымом. В русском языке множество прилагательных-цветообозначений образованы от существительных и указывают на эталон цвета: малиновый (цвета малины), коричневый (цвета корицы

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

http://trv-science.ru/2019/04/09/kakogo-cveta-raduga/

Цвета радуги для развития памяти у вашего малыша

Какими цветами идет радуга - картинка 19

Ваш малыш растёт, активно изучает мир и ежедневно удивляет новыми достижениями. Вы много читали и слышали про ранее развитие детей и уделяете этой теме пристальное внимание. Все люди рождаются с примерно одинаковыми способностями, утверждает японский ученый Синити Сузуки, разными их делает воспитание.

Любой ребенок способен вырасти умным и способным, если ему для развития дать то, что требуется и, самое главное, в определенное время. Уроки танцев, скрипки и английского языка в раннем детстве вовсе не для того, чтобы вырастить из чада гениального скрипача, лингвиста или танцора, а для того, чтобы дать толчок развития его безграничным потенциальным возможностям. Мозг малыша фактически чистый лист бумаги, и оттого, что будет изначально начертано на этом листе, зависит как широко раскроется потенциал ребенка. Ниже пойдет речь о том, как начать с малого — запомнить с ребёнком цвета радуги по порядку.

Когда начинать обучение?

Чтобы определиться с ответом на этот вопрос, обратимся к физиологии. Мозг человека насчитывает около полутора миллиардов клеток, но у младенцев больше половины из них не задействовано. Большинство связей между мозговыми клетками выстраивается в течение первых трех лет жизни ребенка. Мышление, способность к творчеству, чувства, получают развитие уже после трёх лет, но основа для этого должна создаваться с рождения.

Коротко резюмируя — если вовремя не заложить фундамент будущих способностей, то и развивать будет нечего. Таким образом, начиная с трехлетнего возраста целесообразно обучать ребёнка простым и полезным базовым знаниям об окружающем мире.

Какими цветами идет радуга - картинка 20

Так как помочь ребёнку запомнить цвета радуги?

Для перехода к запоминанию радужного спектра, цвета, как таковые, ребёнком уже должны быть освоены. Цвета радуги в спектре имеют такую очередность: красный, оранжевый, желтый, зеленый, голубой, синий, фиолетовый. Один из самых распространенных способов для запоминания ряда слов или чисел — связать их по смыслу в текст, пропеть или зарифмовать. Стишков и считалок на тему радужного спектра существует очень много. Про охотника, который желает знать, и про звонаря, который фонарь сшиб – это всем известные способы запоминания расположения цветов радуги. Вы можете выбрать с ребенком, что нравится, и начать разучивание. Предлагаем наш вариант зарифмованной последовательности:

Что за диво, погляди,
Радуга там впереди!
Красный цвет напоминает
Галстук на груди.
Цвет оранжевый, как листья
В парке за прудом,
Желтый, он как Солнце
И горит огнем,
В центре радуги — зеленый,
В сердцевине самой,
Как ребенок несмышленый
На руках у мамы.
Голубое небо сменит
Синих туч накат,
Ночь наступит, надевая
Фиолетовый наряд.

Практика запоминания цветов по принципу фотографирования

Возьмите фломастеры (или карандаши) и соберите из них радужный спектр. Повторяйте вместе с ребенком стих или любую другую считалочку про цвета радуги, которая вам нравится больше всего, указывая на каждый из цветов последовательности. Глядя на фломастеры ребёнок визуально запоминает последовательность, подкрепленную ассоциативным аудио-рядом.

Предложите ребенку запомнить порядок разложенных перед ним фломастеров. Когда ребёнок будет готов, пускай закроет глаза, а вы убираете один из цветов. Перед ребенком ставится задача вспомнить, какого цвета не хватает. При этом он начинает пользоваться своей памятью, проигрывая только что повторенный с вами урок и определяет (или нет) недостающий цвет.

Чтобы закрепить результаты, можно усложнить задачу: убираем один из цветов и перемешиваем фломастеры. Предлагаем собрать радугу на столе и определить, какого цвета не хватает. Но не требуйте от ребёнка всего и сразу. Не забывайте, что главное, чтобы процесс обучения приносил удовольствие вам обоим.

Какими цветами идет радуга - картинка 21

Практика запоминания по принципу циклов повторений

Дети очень быстро впитывают информацию, но так же быстро забывают. Продлить срок действия памяти можно периодическим повторением информации, при чем с возрастающими промежутками времени. Больше циклов повторения, лучше закрепление в памяти. Помните песенку из детства «Ладушки-ладушки. Где были? У бабушки!». Так же и с радугой — снова и снова возвращайтесь к этой теме вместе с ребенком в различных игровых формах. Возьмите, например, акварельные или пальчиковые краски, вспомните вместе последовательность и нарисуйте радугу на листе бумаги. Поместите рисунок в рамку на стену и этот визуальный образ будет автоматически работать, как повторение ранее выученного «урока» про радугу.

На физическом уровне это работает так: после циклов повторения и применения на практике мозг определяет информацию, как важную и перемещает из ячейки с кратковременной памятью в ячейку долговременного хранения.

Зеваем, жуем, танцуем и запоминаем

Да, да. Зевание активизирует снабжение клеток мозга кислородом. Жевание кратковременно повышает способность к восприятию. Этот эффект также связан с тем, что при жевании вырабатывается инсулин, который усиливает всасывание глюкозы, а значит питание мозга. Танцы, или любая другая физическая активность, усиливает метаболизм в клетках, и мозга, в том числе. Так что смело устраивайте активные перерывы в обучении и запоминании чего бы то ни было, а после активных игр повторите заученный материал еще раз.

Не забывайте самого главного — положительные эмоции и позитивный настрой! В стрессе, под принуждением, память маленького ребенка блокируется — это защитная реакция детской психики от внешних угроз. Выбирайте подходящее время для занятий, убедитесь, что ребёнку комфортно и он в хорошем настроении. Детский мозг любознателен — это главное правило от которого надо отталкиваться приступая к обучению ребёнка. Будьте терпеливы, креативны, делитесь с друг с другом радостью совместного обучения. Результатами такого подхода вы, несомненно, будете довольны.

http://pamyatplus.ru/zapominanie/cveta-radugi.html

Какого цвета радуга?

Какими цветами идет радуга - картинка 22

По картинам самобытного художника Константина Панова (1810–1942, отец — ненец, мать — манси) можно представить, каким видят мир народы Севера

Доктор филологических наук, профессор Наталья Кошкарёва известна в России как председатель Экспертного совета «Тотального диктанта», автор курса «Русский по пятницам», разработчик принципов онлайн-проверки электронных диктантов. О другой стороне своей научной деятельности — изучении языков коренных народов Сибири — она рассказала на мартовской встрече в научном кафе «Эврика». Записала Юлия Черная.

Какими цветами идет радуга - картинка 24

Н. Б. Кошкарёва в научном кафе «Эврика». Фото В. Шамирзаева

Наталья Борисовна — заведующая кафедрой общего и русского языкознания НГУ, член Орфографической комиссии РАН, главный научный сотрудник сектора языков народов Сибири Института филологии СО РАН, полевой лингвист. Необходимую для исследования информацию она собирает в экспедициях — в местах проживания носителей уральских языков — хантов и ненцев. Ни академических грамматик, ни словарей, ни достаточного количества текстов на этих языках не существует, единственный способ получить необходимые данные — это непосредственная работа с носителями языка в полевых условиях, запись звучащей речи. «Для хантыйского и ненецкого языков разработан алфавит. Но правила орфографии и пунктуации фактически не сформулированы. Представим, что в русском алфавите есть две буквы — твердый и мягкий знаки, а правил их употребления нет. Как написать слово под?езд — с твердым или мягким знаком? Или, например, на обложке учебника русского языка для первого класса было бы написано „Русский язык“, для второго класса — „Русский изык“, а для третьего — „Русский езык“», — поясняет Наталья Борисовна.

Но говорили в научном кафе не о грамматике и даже не о письменности, а о цвете.

Органы зрения пчелы и человека устроены по-разному. У всех людей как представителей рода Homo sapiens (если не брать в расчет результаты травмы и аномалии) зрение принципиально одинаково. В сетчатке находится примерно 126 млн светочувствительных клеток. Кимберли Джемесон из Калифорнийского университета в Ирвайне утверждает, что человеческий глаз может различать от 10 тыс. до 100 млн цветовых оттенков. Естественно ожидать, что и видим мы этот мир примерно одинаково. А значит, и говорим о нем похоже.

Отражение цветовой гаммы в каждом языке уникально. Оказалось, что даже понимание того, что такое цвет, не совпадает. Если в русском языке цвет описывается прилагательными (белый, красный, синий, зеленый) и воспринимается как нечто статичное, постоянная характеристика предмета, то в ненецком языке цветообозначения — это глаголы (типа краснеть, чернеть), обозначающие процесс.

Еще в XIX веке Уильям Глэдстоун и Лазарус Гейгер обратили внимание на то, что в древних текстах практически совсем нет слов, обозначающих цвет, а те, которые встречаются, кажутся нам странными. В «Илиаде» Гомера море называется «винноцветным». В нашей стереотипной картине мира цвет вина ассоциируется прежде всего с красным цветом. Какими же в действительности были волны Средиземного моря для древних греков? В «Ведах» нет упоминания о синем цвете, хотя тысячи строк посвящены событиям на небесах. В «Ригведе» нет упоминания зеленого цвета, в еще более древней литературе нет желтого, а в самой древней — красного.

Какими цветами идет радуга - картинка 25

Для сопоставления языков между собой лингвисты используют понятие «базовые цветообозначения». С рассказа о том, что такое базовый цвет, Наталья Борисовна и начала свой рассказ. «Базовые цвета должны быть, во-первых, простыми и непроизводными (поэтому слова голубоватый или малиновый к базовым цветообозначениям не относятся), во-вторых, их значение не должно быть уже обозначения того же цвета (например, алый — оттенок красного), в-третьих, не должно иметь ограничений на сочетаемость (например, карими бывают только глаза, а каштановыми — волосы) и, наконец, это название должно быть широко употребительным, его значение у разных носителей языка должно совпадать.

В русском языке 12 базовых названий цветов, но есть языки, в которых таких названий всего три, а то и вовсе два! Если цвет — это определенная длина волны, и органы зрения у всех людей похожи, то почему носители разных языков называют одно и то же физическое явление совершенное по-разному?

Про то, что два разных слова голубой и синий в русском языке соответствуют одному слову blue в английском, многие из нас знают еще со школы. Но во многих языках различия куда существенней! У австралийских аборигенов одно и то же слово используется для обозначения фиолетового, синего и коричневого. У аборигенов Таити одним словом, которое лишь условно можно перевести как красный, описывается спектр от оранжевого до фиолетового, при этом учитываются еще и свойства поверхности — она должна быть блестящей и гладкой.

В 1950-е годы американские ученые Брент Берлин и Пол Кей независимо друг от друга изучали языки Таити и Мексики и выяснили, что системы цветообозначений в этих языках удивительно похожи. Например, одним словом обозначается весь сине-зеленый участок спектра, и это не может быть объяснено родством или ареальными контактами этих языков, а только универсальностью систем цветообозначений, характерной для всех языков мира.

В 1969 году вышла их книга (Berlin B., Kay P. Basic color terms: their universality and evolution. Berkeley: University of California Press, 1969), в которой на примере 20 языков показано, что порядок появления цветообозначений в разных языках мира одинаков: во всех языках есть обозначение белого и черного; если в языке три базовых цвета, то третьим становится красный; следом появляются желтый и зеленый либо одно слово для обозначения желтого, синего и зеленого цветов. Эта последовательность универсальна. Если в языке есть слово для обозначения коричневого цвета, то в нем обязательно есть названия и для всех предыдущих в этой цепочке цветов. Если нет отдельного названия для зеленого, то не будет и отдельного названия для синего, так как обозначение синего обычно появляется позже обозначения зеленого.

В конце 1970-х годов был проведен широкомасштабный опрос (The World Color Survey), в котором участвовало 2600 человек, говорящих на 110 языках, и он подтвердил наблюдения Берлина и Кея: при всем разнообразии цветообозначений в языках мира, системы развиваются в целом в одном и том же направлении, что обусловлено биологически.

Какими цветами идет радуга - картинка 28

Таблица Берлина и Кея

Но из каждого правила есть исключения. Есть исключения и из правила Берлина — Кея. В одном из австралийских языков есть слово для синего цвета, но нет для зеленого. «Посмотрите на ландшафт, где живут носители этого языка, — предлагает зрителям Наталья Кошкарёва. На экране австралийская пустыня с многообразием коричневых и желтых оттенков. — В окружающем этот народ мире фактически нет природного зеленого цвета, они живут в пустынной местности с очень скудной растительностью. Таким образом, различия в системе цветообозначений связаны с культурными традициями и условиями проживания народа в определенной среде».

Отсутствие одного-двух базовых цветов нам, конечно, представить несложно. Но как устроены языки, где всего два базовых цвета? «В таких языках система цветообозначения основана не на хроматических оттенках, а на иных параметрах. В языке дани (Папуа — Новая Гвинея) слово mili используется для обозначения холодных и темных цветов, а mola для теплого, светлого, — поясняет Наталья Борисовна. — В австралийском языке бурарра противопоставляются яркие и тусклые цвета: слово gungaltja обозначает белый, красный, все яркие цвета; все остальные оттенки называются другим словом — gungundia».

На территории Сибири и Дальнего Востока представлено более 60 языков коренных народов, и в каждом из них сложилась собственная, уникальная цветовая палитра. Удивительно, но цветообозначения в некоторых северных языках напоминают системы цветообозначений в языках Океании: они тоже включают минимальное количество базовых терминов и основаны на принципе яркости, а не на хроматических оттенках.

Очень может быть, что в хантыйском языке вообще нет цветообозначений в привычном для нас смысле. Одно и то же слово nŏwi обозначает в этом языке прежде всего ночное светило — луну или месяц, и только в переносных значениях — комплекс признаков ‘белый (светлый, светло-серый, серый, седой, бледный)’, ‘блестящий, серебристый’, ‘прозрачный’, ‘чистый’, ‘новый’. У этого слова есть и еще одно значение — ‘красивый, хороший’. Эпитетом для описания красивой женщины в хантыйском фольклоре является белая (а не красна девица, как в русских сказках). То же слово употребляется и в названии верховного божества. Таким образом, понятие ‘белый’ ассоциируется с сиянием ночного светила на темном небе, а значит, в основе этого понятия лежит представление о яркости, а не о хроматических / нехроматических признаках.

В европейских диалектах ненецкого языка одно и то же слово сэр обозначает и лед, и белый, поэтому можно предположить то же основание для объединения этих понятий, что и в хантыйском языке, — яркость, сияние, свечение.

Слово черный во многих северных языках обозначает участки спектра, которые в других языках описываются отдельными словами — черный, синий, фиолетовый, т. е. ‘темный вообще’, а в хантыйском языке в том числе грязный, непрозрачный, мутный.

Для обозначения красного цвета используется слово wŭrti, в котором отчетливо выделяется корень wŭr (‘кровь’) и суффикс причастия -ti. Если попытаться реконструировать буквальное значение этого слова, то должно получиться что-то типа ‘кровящий’. Но в отличие от нашего «кроваво-красного», носители хантыйского языка употребляют слово wŭrti для обозначения «рыжеватых» оттенков.

В русском же слове рыжий сохраняется древний индоевропейский корень, связанный с обозначением красного цвета, руда, рудый, зардеться (характерные для русского языка чередования д/ж и у/ы), англ. red, франц. rouge, нем. Rote. Вероятно, русское слово красный вытеснило иные наименования этого цвета, так как связано с другим участком спектра — не с оранжево-красным, рыжеватым, а с ярко-красным. Само слово красный как цветообозначение появилось в русском языке довольно поздно — в XVII веке. До этого использовались слова чермный, червчатый, червленый — по названию красителя, изготовляемого из червей. Для красного участка спектра, как и для любых других, в русском языке имеется большое количество слов, обозначающих разные оттенки: алый, багряный, багровый, пурпурный, малиновый, бордовый, кумачовый, вишневый, пунцовый, свекольный, коралловый, брусничный, рубиновый и мн. др.

Еще одно хантыйское цветообозначение, которое тоже очень сильно отличается от тех, к которым мы привыкли, — это слово wŏsti. В рукописных словниках XIX века для него перечисляются значения синий, зеленый, желтый. Первоначально, строго в соответствии с правилом Берлина — Кея, это слово соотносилось с широким участком спектра. Но в настоящее время под влиянием русского языка значение слова сужается. В современных словарях для одного из диалектов приводится значение ‘синий’, а для другого — ‘зеленый’. Создается впечатление, что их составители пытались привязать к этому слову однословный перевод, который соответствовал бы современным стереотипным представлениям о цвете. Но самим носителям хантыйского языка не вполне понятно, с каким именно участком спектра это слово надо соотнести, ведь проведение границ внутри континуума — дело весьма и весьма субъективное.

Если буквально следовать определению базовых цветообозначений, принятому в лингвистической типологии, то и слово nŏwi (‘белый’), исходно обозначающее луну, и слово piti (‘черный’; ‘темнеющий’), и слово wŏrti (красный, букв. ‘кровящий’) вряд ли можно признать базовыми. Значит ли это, что в хантыйском языке вообще нет базовых цветообозначений? Возможно, определение самого термина «базовые цветообозначения» не очень подходит для таких языков, как хантыйский.

Что же делать, если не хватает слов для описания цвета или имеющееся слово не позволяет точно описать нужный оттенок? Можно использовать образы и сравнения. Например, в мансийском языке желтый цвет описывается как цвет листьев, прихваченных первым морозом; коричневый — как цвет обратной стороны бересты или цвет тундровых земель, синий — это цвет голубой дали, цвет тумана. Под влиянием русского в современном хантыйском языке синий описывают через сравнение с небом, а в ненецком традиционно сравнивают с дымом. В русском языке множество прилагательных-цветообозначений образованы от существительных и указывают на эталон цвета: малиновый (цвета малины), коричневый (цвета корицы

Добавить комментарий

Мы в соцсетях

Подписывайтесь на наши группы в социальных сетях